Записки священника

Душа перед Богом

+ + +

Осенью 2014 года к нам в храм приезжали паломники из Москвы. Одна из паломниц рассказала о видении, которое было ее знакомой. Та увидела Царскую Семью, и у всех семерых были скорбные лики. Она удивилась – и говорит им:

- Как же так? Вы же канонизированы!

Они отвечают:

- Да, но русские люди нам не молятся. А мы стоим прямо у Престола Божия.

+ + +

В эти летние дни 2015 года всем проезжающим по Казанской железной дороге мимо платформы «Выхино» можно прочитать надпись на гаражах во всю их высоту большими ярко-белыми буквами на густо-черном фоне, в одну строку:

Россия, ты великая держава,

Твои просторы безконечно велики,

На все века себя ты увенчала славой

И нет другого у тебя пути.

+ + +

Историку, который называет Великую Отечественную войну «советско-германской», уже не может быть доверия. А.С.Пушкин писал в рецензии (отрицательной) на «Путешествие из Петербурга в Москву» А.С.Радищева: «Нет истины, где нет любви», – в том числе и любви к Родине.

+ + +

Американский «идеал», который нам предлагается взамен нашего идеала Святой Руси, неприемлем не только для нас – для всякого любящего добро и правду человека.

В романе «Жизнь и приключения Мартина Чезлвита» великого английского писателя Чарльза Диккенса читаем:

«Разговор, по правде сказать, не отличался занимательностью и большую часть его можно свести к одному слову – доллары! Все их заботы, надежды, радости, привязанности, добродетели и дружеские связи, казалось, были переплавлены в доллары. Что бы ни попадало в медленно кипевший котел их беседы, они усердно подсыпали в эту кашу доллары. Людей ценили на доллары, мерили долларами; жизнь продавалась с аукциона, оценивалась и шла с молотка за доллары. После долларов больше всего уважались всякие дела, помогающие их нажить. Чем больше выбросит человек за борт чести и совести – этого ненужного балласта – с корабля своего Доброго Имени и Благих Намерений, тем больше у него останется места для долларов. Превратите коммерцию в сплошную ложь и повальное воровство, топчите знамя нации, как негодную тряпку, оскверните его звезда за звездой, сорвите с него полосу за полосой, как срывают погоны с разжалованного солдата, - всё что угодно ради долларов! Что такое знамя по сравнению с долларами!»

+ + +

Слава Александровна Шапошникова (13 июля ей исполнилось 87 лет) рассказывала, что ее воспитывала простая верующая нянька Прасковья Ивановна. Эта безстрашная мудрая женщина в те годы открыла ей, дочери крупного офицера НКВД, что на свете есть Бог, что Он самый главный.

– Главнее папы?

– Да, главнее всех пап.

Она научила ее молиться и поститься. Она говорила:

- В пост скоромное едят только бары и собаки.

Когда Славе было девять лет, в 1937 году, няня ее предупредила: – Мальчишки будут хотеть от тебя одного. Будут стараться с тобой целоваться, лезть тебе под юбку. Но ты им ничего такого не позволяй! Иначе они будут потом о тебе друг другу рассказывать, и ты будешь для всех посмешищем. И никто тебя потом в жены не возьмет – какой-нибудь только последний нищий и пьяница. А если будешь себя хранить, то выбирать будешь ты, а они будут бегать за тобой толпой. И выйдешь за богатого.

Она послушала этого совета. И вышла замуж за генерала.

+ + +

С.А.Шапошниковой рассказывала ее мать, Гали Леонидовна, как они с мужем, Александром Сергеевичем Славатинским, 7 ноября 1932 года были на праздничном банкете. Во главе стола, поставленного буквой «п», сидели И.В.Сталин с женой, члены Политбюро. Слева от них – летчики, справа – чекисты, в том числе Славатинские, которые сидели довольно близко от центра стола, вторая или третья пара. После всех обычных тостов Надежда Сергеевна Аллилуева взяла столовый прибор, постучала по бокалу, призывая к тишине, и сказала:

- А я хочу выпить за обманутый русский народ.

Когда Гали Леонидовна услышала о ее самоубийстве, она воскликнула:

- Не может быть! Ее убили.

Это был первый тост за русский народ в судьбе Сталина?..

Через полгода, 2 мая 1933 г., на приеме в Кремле в честь участников первомайского парада он сказал:

«Оставляя в стороне вопросы равноправия и самоопределения, рус-ские – это основная национальность мiра… Русская нация – это талантливей-шая нация в мiре…»

В день победного окончания Сталинградской битвы, 2 февраля 1943 года, в тосте на приеме в Кремле монгольской делегации Сталин произнес:

«Все советские народы равноправны, но среди равноправных бывают первые. Русский народ является первым среди равных. Нет ни единого наро-да, который вынес бы столько тягот в этой войне, как русский народ».

И, наконец, на приеме 24 мая 1945 года прозвучал его знаменитый тост за русский народ.

+ + +

Когда А.С.Славатинский узнал о смерти В.В.Маяковского, с которым был лично знаком, он сразу отмел версию самоубийства. Он сказал:

- Левша никогда не стреляется в сердце.

И начал расследовать дело об убийстве поэта. Но его быстро отстранили от этого и перевели с повышением в другой отдел ОГПУ.

+ + +

В 2009 году спрашивал 90-летнего Сергея Владимировича Жданова (+6.10.2010 г.), брата ныне также покойной Зинаиды Владимировны (+17.10.2007 г.) – Господь сподобил их обоих не раз причащать, соборовать и отпевать, это были глубоко верующие люди:

– Какая она была, блаженная Матронушка?

Они были земляками – из села Себено, недалеко от Куликова поля. Дома у них в Москве, в Староконюшенном переулке, блаженная Матрона прожила восемь лет с 1942 года. Сергей Владимирович сказал:

- Маленькая. Ножки коротенькие. Зимой она у нас жила, а летом – на Сходне и в Царицыно. Она больше с Зиной говорила, Зина ее расспрашивала. Она веселая была, Зина шутила с ней, она смеялась…

- Сталин приезжал к ней?

- Зина так говорила. Меня не было тогда, я был на фронте. Матушка говорила, что победа будет за нами.

Матушка любила церковный звон. Дома у него висели ее старинные часы с маятником и боем, одни из тех пяти, с которыми Матушка не расставалась. Блаженная любила, когда они звонили: бой часов напоминал ей колокольный звон.

Матушка часто переезжала с места на место: предваряла приход людей из «органов». А Зинаида Владимировна ее прописала в их квартире. У них была комната 46 кв. м., отгородили Матушке угол. Она по ночам сидя молилась. Зинаида Владимировна потом сподобилась за это пострадать. Она рассказывала, как 6 января 1950 года ее посадили в Бутырскую тюрьму.

- А я, - говорю, - ровно через четыре месяца напротив, в Тихвинском переулке, родился.

Она улыбается:

- Вы кричали «уа», а я кричала от боли.

Ее били на допросах. Вместе с ней сидели жены известных русских высокопоставленных мужей – первых лиц в государстве, – и хвастались, как они этими мужьями хитро управляли.

Потом у нее была Колыма…

При последней нашей встрече она сказала о Сталине:

- Он был верующим. Он притворялся.

+ + +

Чем больше кто-либо сделал или делает для России, тем больше на него клевета.

+ + +

Один человек, Павел, родственники которого жили в Крыму, рассказывал, что во время гражданской войны татары вырезали там три русских села. С.М.Буденный сказал:

– Село за село.

И по его приказу были вырезаны три татарских села.

Резня прекратилась.

Однако в «историю» вошли только три вырезанных татарских села, а про русские – «забыли».

Так бывает. Что претерпела одна сторона, – рассказывается с подробностями. А что претерпели от них перед этим другие, – того будто и не было.

+ + +

Самый последний, нынешний этап нашей истории состоит в том, что придуманная жизнь кончается и начинается настоящая.

Крым на карте стал тем, чем он и является на самом деле.

+ + +

Патриотизм нашей Церкви – это важнейшее миссионерское направление ее служения в народе. Патриотическое, народное направление проповеди всегда будет самым миссионерским, привлекая людей и нецерковных к Православию.

+ + +

В одной семье родители часто ругались. Мать сказала в трудную минуту детям, мальчику и девочке:

- Всё, хватит. Развожусь с вашим отцом. Так жить невозможно.

Дети стали ее уговаривать не делать этого.

- А что, вам лучше, что мы все время ругаемся? – спросила мать. Они сказали:

- Да нам это неважно… Нам важно, что вы – наши мама и папа.

+ + +

Об этом случае с нашим солдатом, который произошел во время чеченской войны, рассказали наши прихожанки. Он стоял ночью на посту, на вышке. Отстоял свое время, а его не сменили. Одежонка была не очень теплая, стал замерзать. А звать своих нельзя: снайперам себя обнаружит. Чувствует, что уже окоченевает, и думает: все равно погибать, что так, что эдак. Стал подавать голос. Но, поскольку он был верующий паренек, то он не что-то говорил, а Матерь Божию просил: Милосердия отверзи нам, благословенная Богородице… Просил, просил – чувствует, его хоть и не слышат, не идут за ним, но ему становится теплее. Потом жарко стало, верхнюю пуговицу даже расстегнул. Когда его сменили, то сказали, что они ничего не слышали. Слышала Пречистая.

+ + +

Самая грустная и самая далекая от жизни сказка на свете: про то, что Бога якобы нет.

+ + +

Ну что ты относишься к Церкви, как к учебной части своего института, которая ловит тебя на прогулах? Церковь, богослужения, таинства, посты – это не что-то внешнее по отношению к тебе, к твоей душе, это жизнь твоей души, самое сокровенное в ней. Это всё то, что определяет тебя, твою жизнь, твою судьбу, твое счастье! Это ты сама.

Православный человек – самый свободный человек.

Свобода эта в том, что он сам ставит своей целью изменить себя – с Божьей помощью. Перестраивать свою душу на евангельский строй. Никто его это делать не заставляет.

Он не считает это невозможным, он не капитулирует перед своим состоянием и перед обстоятельствами – он видит смысл своей жизни в том, чтобы переделывать себя и тем самым вносить свой скромный, но реальный, самый реальный и действенный вклад в улучшение мiра.

Надо не бояться идти на исповедь, открывать свою душу, потому что батюшка в тебе разочаруется. Надо себе самой учиться открывать себя, и в этом помогает исповедь, – чтобы быть лучше. А то, какая ты, внутри себя, в самой глубине, определяет всё: какая у тебя жизнь, какое настроение, какие мысли, чувства, какие отношения с людьми, какая судьба. Церковная жизнь – это настоящая жизнь.

Трудно, конечно, когда одной ногой еще стоишь в жизни мiрской, светской, которая вся внешняя, переступить на жизнь церковную, которая вся – внутренняя. В этом – труд воцерковления, в этом мужество, решимость, освобождение. Освобождение ото всего, чем порабощает человека мiр с его безчисленными условностями, модами, привычками, увлечениями, представлениями, словечками, интонациями…

А что до батюшки, то он не разочаровывается в искренне кающемся грешнике, он радуется этой искренности, этому очищению, этой настоящей исповеди. Он ликует, что этой грязи больше нет на совести этого счастливого человека.

А мы все – грешники. Грехами, что ли, батюшку удивишь?

«Не встанет свеча перед Богом, а встанет душа», – говорил народ.

+ + +

Молитва – дело не теоретическое, а практическое. В молитве мы не просто говорим, чтобы сказать что-то хорошее, мы просим о совершенно конкретном, даже если это духовная просьба, – нам нужен результат.

Молитва – это создание реальности, которой еще нет в момент молитвы. Как Господь создал глаза слепорожденному из ничего, как Он вообще создал этот мiр из ничего, так мы просим Его создать из ничего то, чего еще нет, но будет – стоит только Ему сказать Свое всемогущее творящее слово.

Сердце чисто созижди во мне, Боже… (Пс. 50, 12).

+ + +

Притча Господня о мытаре и фарисее говорит о том, что либералы не поймут Господа, не поймут наш народ, пока не ударят себя в грудь по-русски и не скажут: «Боже, милостив буди мне грешнику!»

Но для этого им надо быть перестать либералами.

А пока они будут во всем правыми, всё правильно будут понимать и точно оценивать, особенно все явные, очевидные, совершенно реальные немощи мытарей и всех глубоко несовершенных их сограждан.

Они будут, конечно, как всегда безошибочными, успешными, разумными, уважаемыми всем мiром. Они будут давать свою очень взвешенную, справедливую, само собой разумеющуюся для всех свободомыслящих, нормальных людей, однозначно принимаемую во всех «цивилизованных странах» оценку совершенно ущербным, отсталым, презираемым всем «прогрессивным человечеством» мытарям. А Господь почему-то не их, а этих самых уязвимых во всех отношениях, «неправильных» мытарей, – но кающихся, бьющих себя в перси и из глубины души взывающих «Боже, милостив буди мне грешнику!» – возьмет да и оправдает больше, чем их, правильных, элегантных, умных, тонких и успешных.

Но с какой стати им, фарисеям, каяться? Им же каяться-то не в чем! Чем они виноваты, если им не в чем каяться? Что они делают неправильно, что делают плохо, незаконно? Ну не высасывать же им из пальца какие-то грехи, если их у них нет? Надо быть нарочно плохими, что ли, – как мытари?

Фарисеи что, виноваты, что мытари такие грешники? Виноваты, что у них есть глаза, которые видят правду: что мытари на самом деле делают? Фарисеи-то тут при чем? Это мытари такие. Что есть, то и есть. Нет, не поймешь решительно этого Иисуса из Назарета, хоть ты что… Из Назарета приходит ли что доброе…

А мытарям – как же не каяться? Они же действительно такие, какие есть, грешники. Что же им еще остается делать? Пусть они и каются. А фарисеи должны ими руководить… Они же разумнее, лучше мытарей поступают. Надо же реально смотреть на вещи, по делам судить – мало ли кто про себя что думает, как кается, а людям-то что от этого? Обобрал – а теперь в перси себя бьет… Надо было с самого начала быть хорошим. Как фарисеи… Вот с кого надо было брать пример! Кого слушать…

Да, вроде бы всё так. Но Господь почему-то больше оправдывает все-таки «неправильных», действительно грешных, но кающихся мытарей, чем безукоризненно мудрых, хорошо воспитанных, европейски образованных и очень нравящихся себе фарисеев, которым вроде бы совершенно не в чем каяться…

Слава Тебе, Господи, за то, что Ты есть! Что Ты принес нам Свою добрую щедрую святую правду! За Твое неизреченное смирение! За несказанную любовь Твою! За то, что Ты друг мытарям и грешникам!