krest

Державные листки

 

Наш адрес

 140130, Московская обл., Раменский р-н, пос.Кратово, ул.Нижегородская, д.17

тел. (495) 556-10-43,

(925) 654-19-11

Схема проезда

 

Статьи

Великая русская тайна

Открытое письмо Михаилу Прохорову

Уважаемый Михаил Дмитриевич!

Ваши последние выступления говорят о том, что Вас безпокоит усиление роли религии, веры, Церкви в нашем обществе, что Вы видите в этом главное препятствие на пути к его «успеху» – материальному, разумеется, об «успехах» в области нравственности речи нет. Что первое условие для развития общества Вы видите в том, чтобы оно было чисто светским.

«Светский» – главное Ваше слово. В недавней статье «Платформа светского государства» в газете «Коммерсантъ» Вы писали о «растущей угрозе светскому обществу в нашей стране», о «светской политике», которую Вы хотите «предложить для России»…

 

Что означает слово «светский»? В словаре В.И.Даля читаем: «Светский, ко свету (мiру) относящийся, земной, мiрской, суетный; как гражданский. Светская власть, пртвпл. духовная».

Итак, «светский» – это то же самое, что на армейском языке «гражданский», то есть не относящийся к структурам министерства обороны. Следовательно, слово «светский» охватывает всю жизнь общества вне специальных церковных учреждений (епархиальных управлений, духовных учебных заведений, монастырей и т.п.)  Таким образом, «светский» и «безбожный, атеистический» – это не синонимы. Только при советской власти, когда КПСС была единственной и правящей партией, атеистической по своему уставу, считалось, что вся светская жизнь – безбожная и только в церковной ограде доживает вера. Но и это осталось несбыточной мечтой безбожников, поскольку даже среди членов политбюро и советского правительства были люди верующие.

Вы пишете, что «сегодня большинство политиков, включая лидеров парламентских партий, предали свою Конституцию  и предпочли забыть о том, что там написано. Заигрывания с Церковью (у Вас – с маленькой буквы, как будто речь идет только об одном храме – свящ.Н.Б.), носящие зачастую популистский характер, подрывают основы главного документа страны…»

Вы имеете в виду статью 14.1 нашей Конституции: «Российская Федерация — светское государство. Никакая религия не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной».

Но и атеизм, согласно этой статье, не может быть государственным, предпочитаться вере.

В 13-й статье Конституции так и сказано: «В Российской Федерации признается идеологическое разнообразие».

То, что Вы говорите о политиках, имеет под собой простую реальную основу. Они не предали Конституцию, а просто поступают по своей вере, по совести, они остались верными Богу (хотя, может быть, и не все, и, конечно, не в одинаковой мере – дело души таинственное). Да и своему народу, потому что он в большинстве своем верующий (на эту тему спорили еще Белинский с Гоголем, раздумывая над тем, каким путем идти России, но прав оказался Гоголь, который лучше знал русский народ). Вы же сами пишете об их «популизме» – то есть о том, что это угодно народу.

Разве только атеизм может быть гарантом свободомыслия в обществе? Мы помним совсем иное, противоположное…

А если большинство народа хочет свободно мыслить не атеистически?

А как же права человека? То есть, понятно, человека вообще – и верующего, и неверующего. Главное право личности – иметь свое мiровоззрение и жить по нему.

Слава Богу, в нашем обществе существуют сегодня светские православные средства массовой информации, светская православная культура. Это естественно, ибо в нашей стране большинство людей – верующие. Другое дело, что у наших соотечественников разная вера, разная степень воцерковленности. Но некрещеных, никогда не переступающих порога храма граждан у нас очень мало. То есть у нас общество – не атеистическое. И, кстати, согласно статистике – моноконфессиональное, поскольку подавляющее большинство наших граждан – православные. А потому лоббирование, навязывание всему обществу чуждых ему законов и постановлений может быть не со стороны РПЦ, как Вы высказались, а именно антиправославное, исходящее из интересов меньшинства народа или зарубежных интересов.

История – упрямая наука. Она свидетельствует о том, что «заигрывания с Церковью», о которых вы говорите, ставил в вину И.В.Сталину (конечно,  уже покойному) Н.С.Хрущёв, возглавивший лютые гонения на Церковь. Однако, вопреки Вашей логике, страна не пошла тогда «успешным путем», как якобы все безбожные страны, а продолжала жить потенциалом, наработанным тогда, когда Сталину удалось, преодолевая сопротивление большевиков-безбожников, улучшить отношения государства с Церковью. Хрущевское же правление было, мягко говоря, «не успешным» по самым важным параметрам. Человечество минимум дважды стояло на грани мiровой войны: когда в 1961 году была построена берлинская стена, а годом позже разразился карибский кризис. Целинная авантюра, развал деревни, армии, разрушение храмов и прочие вовсе не «популистские» меры, вызвавшие презрение к нему народа и позорную отставку.  

После недавних десятилетий советской власти мы просто не успели привыкнуть к тому, что и президент, и министры, и члены парламента могут быть искренне верующими людьми и поступать по своей совести. А что же, знать, что Бог есть, а во всей своей деятельности исходить из того, что Его будто бы нет? Это, знаете ли, было бы чем-то относящимся к медицине, к раздвоению личности.

Ну что ж, это всё знакомо, так и было в советское время. Что, пойдем вспять, история нас ничему не научила? Сонм новомучеников и исповедников Российских, пострадавших за веру в это время, прославленных Церковью в лике святых, почитаемых нашим верующим народом, – ничего этого словно бы и нет в нашей жизни? Очень условная картина, тоталитарная.

Главный смысл Вашей идеи создания «религиозного кодекса» сводится к тому, чтобы заставить всё государство жить так, как если бы Бога не было, не так ли? Даже безбожник Вольтер в свое время сказал, что если бы Бога не было (то есть признал, что Он есть), то Его надо было бы выдумать. Но Вы идете дальше, по чисто ленинскому пути? То есть предлагаете совершить второй реванш большевизма в нашей новейшей истории после хрущевского реванша полвека назад и навязать народу иную роль Церкви в нашем обществе, чем та, что стала наконец-то складываться в наше время естественным путем. То есть применить власть.

Но такие эксперименты у нас уже были. Мы, люди старшего возраста, их еще застали. Уж чего только ни делали безбожники, чтобы искоренить в нашем народе веру: кровавый террор, расстрелы, лагеря, тотальная атеистическая цензура. Григорианский календарь вводили, непрерывную шестидневную неделю устанавливали, чтобы выходной день не приходился на воскресенье (названье-то дня какое клерикальное!) Города и улицы переименовывали, храмы взрывали, за крещение детей с работы выгоняли, с детей крестики срывали. Святого Патриарха Тихона в тюрьму сажали, обновленческий раскол в Церкви насаждали, «тихоновскую», настоящую Церковь в почти безвыходные по-человечески условия ставили. Колокольный звон, крестные ходы, любое участие Церкви в жизни общества запрещали. Атеистическую пропаганду разворачивали, «научный атеизм» с детских садов до Академии наук внедряли. На месте великого Храма бассейн устраивали, «последнего попа» по телевизору показать грозились. В пасхальную ночь развлекательные передачи по Центральному телевидению передавали, молодежь в храмы не пускали. Всё, кажется, сделали против веры! Уж сколько сил положили, да каких! Вера подавлялась с невиданными в истории человечества тщательностью и упорством, жестокостью и цинизмом. Ни перед чем не собирались останавливаться. И все-таки даже у них не получилось веру искоренить. (Кое-что, правда удалось: мiровоззрение некоторых наших соотечественников – одно из свидетельств тому). Так куда же нынешним новичкам с теми «специалистами» тягаться?

Наш народ тогда отчасти поверил, что Бога якобы нет, отошел от Церкви – но далеко не весь, не совсем и лишь на время. Чудом  вера в народе сохранилась, словно трава пробилась из-под асфальта. Наивно надеяться на то, что возможно взять реванш за это поражение воинствующих безбожников.

О том, что достижение подобных целей невозможно «демократическими методами», свидетельствуют и результаты президентских выборов нынешнего года. Можно, конечно, говорить, что народ не понимает, что для него хорошо, а что плохо, можно рассуждать о нечестности выборов – но это рассуждения, а живая жизнь идет своим чередом. Даже когда не бывает богослужений, двери наших храмов открыты, и люди идут сюда весь день, никто их не заставляет. Причина простая: они не мыслят себе жизни без Церкви, без помощи Божией. Это жизнь повседневная, это не какие-то курьезы или эксцессы, о которых любят писать в средствах информации, но которые отнюдь не отражают реальной жизни Церкви, нашего православного народа.

Если Вы придете в наши храмы, скажем, в Великую Субботу, то увидите, с какой любовью люди готовятся к нашему главному празднику, как они украшают приготовленные ими своими руками пасхальные куличи, пасхи, разноцветные яички, как они просят, чтобы и их окропили святой водой. «И детей тоже, батюшка, и детей!» Что, лишить их всей этой радости, опоры в жизни, этой доброты и красоты?

Это всё уже было: раз верующие не хотят вписываться в «новую жизнь», в представление неверующих о жизни, не хотят отказываться от Бога, значит, остается их либо заставить это сделать, запугать голодом, тюрьмой, либо умертвить, если откажутся, но жизнь должна быть по безбожной схеме. Должна быть – но она всё равно бывает такой, какой бывает, какова воля Божия. Это уже проверено.

Что, снова вытаскивать легенду об «отсталости» веры, верующих, о «косности темного, неграмотного народа», о «противоречии веры науке»? Да ведь на самом-то деле всё наоборот. Все великие ученые, писатели, полководцы, врачи, купцы-меценаты, авиаконструкторы были верующими – секретная информация в советское время, да так во многом и осталось, поскольку безбожие всё еще, увы, остается некоей «нормой» в наших средствах информации, хотя и тут, слава Богу, есть сдвиги…

Подлинная история свидетельствует о том, что даже в безбожное советское время академик Павлов, режиссер Станиславский, маршалы Советского Союза во время войны, не говоря уже о простом народе, молились, крестились. Академик по космосу Борис Николаевич Петров в партию не вступал, поскольку был верующим. Даже сам Сталин иной раз проговаривался и являл себя верующим – ну что делать, если это было? Господь сказал: Нет ничего тайного, что не сделалось бы явным (Мр. 4, 22). Вот и мы узнали, милостью Божией, от близких к нему людей, что Верховный Главнокомандующий во время войны причащался Святых Христовых Таин (об этом бывший министр иностранных дел СССР А.А.Громыко говорил своему сыну). Куда же ярче свидетельство силы веры, которую не пересилило безбожие даже в первом человеке самого атеистического государства, какое было в истории? И нет тут ничего странного. Да разве мы без Бога, без веры, без молитвы одержали бы Победу в самой лютой войне, какая была на земле? Мы же такие недотепы, неумехи, куда нам до успешной Европы, которую мы победили? Ясно, что это не мы сами, это нам Бог помог, Матерь Божия, Георгий Победоносец, не так ли? Об этих фактах написаны теперь уже многие книги. Это стало известно и из секретных в то время донесений «органов». Запретить это всё, сжечь, снова засекретить? Но ведь это правда.

Ваша идея проста и отнюдь не нова: сделать из России «нормальную страну» – как Германия, как Франция, не обращая внимания на ее самобытность, на ее православную историю и сегодняшнее духовное состояние народа – мол, чем она самобытнее, тем хуже. Но такие попытки уже много раз делались. Ставилась задача поглотить Россию, переварить ее, колонизовать, включить в свою систему. Должен Вас огорчить: эти попытки, и даже очень усердные, с большими средствами, объединенными военными силами многих стран, ни к чему не привели, только было много крови пролито, людей погублено, и своих и наших. Два последних десятилетия нашей истории шли именно под этим знаменем. Но еще в начале этого «процесса» американский экономист Джеффри Сакс сделал относительно нашей страны искренний и совершенно точный вывод: «Мы положили больного на операционный стол, вскрыли грудную клетку, но оказалось, что у него другая, не известная нам анатомия».

Можно проклинать Россию за то,  что у нее другая анатомия, можно ее ненавидеть, но не признавать этого – значит уходить от реальности.

Странно, может быть, что православный священник предлагает Вам спуститься на землю, встать на почву реальности? Но это странно для тех, кто лишь понаслышке знает о нашей вере – от тех людей, которые сами вне церковной жизни. На самом деле православная вера именно занимается реальностью – причем, самой сложной и самой близкой к нам реальностью, которой каждый из нас живет непрестанно, – реальностью нашей души. В ней – основа всего, она определяет всю жизнь людей. Поэтому без Церкви, без ее многовекового духовного опыта людям никак не обойтись. И чем раньше, желательно с рожденья, дети будут приобщаться к этой сокровищнице, тем чище, светлее, осмысленнее будет их жизнь, тем больше будет в жизни любви, без которой нет ни семьи, ни общества, ни государства, ни мира во всем мiре, тем успешнее наша страна будет развиваться, внося неповторимый опыт в сокровищницу всей человеческой цивилизации.

Не советская история, по которой мы учились, а факты жизни, честная статистика говорят о том, что более «успешного» государства во всех отношениях, чем Российская Империя во время царствования святого Царя-мученика Николая Александровича, в человеческой истории не было. По важнейшим показателям: приросту населения, темпам экономического развития,  достижениям в области культуры, науки, образования, золотому запасу, – Россия занимала первое место в мiре, а по самоубийствам, абортам, наркомании – последнее. Тогда Православие было государственной религией, повсеместно преподавался Закон Божий, в стране было огромное количество монастырей и храмов, церковно-приходских школ. О состоянии того общества мне посчастливилось слышать непосредственно от людей, живших в то время. Мой отец, доктор технических наук, происходивший из Орловской губернии, вспоминал: «Ты не представляешь себе, какая была жизнь. Все были верующими. Если случался один неверующий на село, то это было исключением». Тетушка говорила: «Вы, современные люди, не знаете, что такое сливочное масло». Известный наш полевод Терентий Семенович Мальцев в Зауралье в 1976 году рассказывал мне, что до революции курящий человек в селе был исключением, не говоря о пьющих. Уже тогда душа его болела за состояние нравственности в нашем обществе: «Развратиться-то легко, а обратно-то – потруднее… Безнравственность хуже неграмотности…»

Истинная причина революционной бури, обрушившейся вскоре на наш народ, на Церковь, на глубоко верующих святых Царя-мученика Николая и его Семью, не лежит на поверхности: мол, это слабость страны, Церкви, народа, Императора. Ведь всё было наоборот: страна наша, народ, Русская Православная Церковь в целом до 1917 года были не самыми слабыми, а самыми сильными в мiре, и в первую очередь в духовном отношении. Никогда в истории человечества не было таких гонений на веру, но никогда не было и такой стойкости в вере. Об этом ясно свидетельствует сонм новомучеников и исповедников Церкви Русской, явившихся во время испытаний. Причина гораздо глубже. Сам Господь сказал Своим ученикам: Если Меня гнали, будут гнать и вас (Ин. 15, 20). А Россия шла за Христом, как никто другой. За это Господь и сподобил ее пострадать вместе с Ним. И пострадать не только за себя, но и за весь мiр. И, понятно, были приложены титанические усилия извне для того, чтобы остановить наше стремительное развитие. Потери были огромные. Но и запас прочности оказался непостижимым. Вряд ли какая-то другая страна вообще вынесла бы такие испытания, какие достались нашей державе в ХХ-м веке. И до сих пор она не сломлена, несмотря на продолжающуюся усердную деятельность в этом направлении. Секрет один: потому что мы остались с Богом. Матерь Божия, явившая Свою Державную икону в тот самый день, когда Царя-мученика предали и лишили престола, сохранила. Даже в 1937-м году по переписи населения больше половины нашего народа назвали себя верующими православными. И мы остаемся с Богом, с Матерью Божией, с нашими святыми. Вот главная причина нынешних проявлений богоборчества, того, почему ныне все «отравленные стрелы», как Вы пишете, «попадают в РПЦ».

Что касается «опасности» «продвинуть церковную жизнь внутрь школы», то что мы видим сегодня в реальной жизни?

Вот собираются православные молодые родители, у которых дети пойдут в первый класс, и начинают ломать голову: куда же отдавать детей? Некуда. Ближайшая православная школа далеко, возить ребенка туда каждый день трудно, а то и невозможно, к тому же она частная, не всякой семье это по средствам. Эти родители были бы рады отдать своих детей в обычную школу, которая была бы нейтральной по отношению к Православию, пусть так, – но где такую взять? Таких школ, чтобы в них не было хотя бы сатанизма, чтобы там не наряжали детей бесами, «празднуя» хэллоуин, чтобы не навязывали им не существующий ни в одной религии «день святого Валентина» и прочий разврат, чтобы не было русофобии на уроках истории и литературы, чтобы не выдавали за научную истину легенду о происхождении человека от обезьяны, а всей жизни – из себя самой, – таких школ теперь почти нет.

Учителя боятся пригласить в школу батюшку не только потому, что могут получить выговор от начальства, но и потому, что кто-то из родителей, наученный современной «светской» пропагандой, включая травлю РПЦ, считает, что для будущего «успеха» в обществе их ребенку лучше оставаться не просвещенным, быть подальше от «хлопотной» и «невыгодной» в наше время истинной веры. Таких может быть отнюдь не большинство среди родителей класса, но они считают, что вправе требовать полного безбожия для всех детей – как в советское время.

Так где же эта «светскость», где эта нейтральность, провозглашенная в Конституции? Лозунг «светскости» прикрывает воинствующее безбожие, которое навязывается и учителям, и родителям, и детям, хотя ни те, ни другие, ни третьи этого часто не хотят. Кто-то просто вынужден подчиняться условиям жизни, рынка, карьеры – как будет якобы легче прожить. Педагоги и родители часто понимают, что нравственное воспитание детей необходимо, особенно в условиях насаждения безбожия и прямого сатанизма в СМИ, в обществе. Видят, что без помощи Церкви с этим не справляются. Но боятся административных запретов и вынуждены поступать вразрез со своей совестью, со своими убеждениями и педагогическим опытом.

К сожалению, Церковь именно не пустили в школу, насильно. Нынешнее изучение религий и «светской этики», занимающее по своему объему символическое место в школьной программе, просто подменило собой изучение основ православной культуры, которое уже успешно начинало действовать в наших регионах. Когда бы дети изучали высокие духовные примеры своей страны, это бы их не разделяло, даже если у них разная вера, а только смягчало их нравы и объединяло как граждан единой великой страны, духовной основой которой, ее государственности, ее военных побед, ее хозяйственных, научных, культурных достижений искони было Православие.

Говоря о «священниках-большевиках», Вы поднимаете важную тему – о том, что большевицкий дух в разной степени живет в каждом из нас. И в священнике, и в бизнесмене… Важнейшая особенность этого духа состоит в стремлении изменять кого угодно: общество, страну, Церковь, но только не заниматься собой. Этому духу как раз и противостоит дух христианский. Конечно, это трудно: стараться улучшить себя, а не весь мiр. И Церковь – первый помощник человеку в работе над своей душой, это ее главная задача.  

У Вас вызывает тревогу то, что «отношения граждан, государства и Церкви в последние месяцы уже привели к расколу общества». При этом Вы замечаете: «Ошибочно видеть в Церкви лишь иерархию высших священнослужителей».

Действительно, граждане, государство и Церковь – это не три различных группы наших соотечественников, они часто перекрывают друг друга. Можно быть одновременно гражданином страны, государственным деятелем и членом Церкви. Все крещеные верующие люди составляют Церковь, в том числе и входящие в государственные структуры. И это обстоятельство не раскалывает, а объединяет общество.  

По-моему, Вас безпокоит на самом деле не этот мнимый раскол, а реально увеличивающаяся дистанция между людьми, отрицающими Бога, и остальным обществом, его властными и культурными структурами.

Вы пишете о том, что ощущаете страх «утратить последние прочные ориентиры и ценности, оказаться в кольце врагов».

Мне кажется, это безпокойство связано с тем, что вера в Бога всё больше становится в нашем обществе нормой, и потому те люди, которые Бога не признают и не ищут, всё больше чувствуют себя в нем неуютно (в отличие от советских и даже многих последних лет), всё острее ощущают себя в меньшинстве, ощущают опасность оказаться на периферии общественной жизни, потерять вес в обществе, несмотря на свой успех в других областях жизни.

Если признать за Церковью ее правду, то тогда получается, что люди, отрицающие бытие Божие, чего-то важного не постигают в жизни, лишены какой-то важной способности, несмотря на то, что имеют хорошее состояние или власть (отчасти которые являются компенсацией главной нехватки, психологически это понятно). А это их устроить никак не может. Они, наоборот, считают себя людьми успешными, всё в этой жизни имеющими, они не привыкли отступать – и вдруг речь идет о какой-то существенной нехватке. Вот что безпокоит больше всего на самом деле? И правильно, и хорошо, что безпокоит, и должно безпокоить. Только вот как лучше с этим безпокойством быть, как его уврачевать?

Есть два способа утешения. Один способ предлагает диавол: волнуешься – закури, настроение дурное – выпей. Настой на своем, отомсти, заставь признать твою силу, успокой свою гордыню, согреши. Сначала бывает вроде бы хорошо, а потом становится еще хуже, чем было. Например, от курения, как говорил преподобный Амвросий Оптинский, – раздражительность и тоска.

А Бог предлагает свои способы утешения. Смирись, покайся, помолись, потерпи, потрудись над собой. Найди мужество сказать себе правду, увидеть причину любого неудобства в себе. Подумай: так ли живешь? Выправи свой жизненный курс. И тогда приходит настоящее успокоение.

Думается, что настоящий выход из подобного безпокойства – не в борьбе с Церковью, не в заботах о религиозности общества, а в первостепенной для каждого человека заботе о его личном отношении к своему Творцу. И только Сам Господь по-настоящему может решить этот вопрос в нашей душе. И очень просто, без политической борьбы, которая еще неизвестно к каким результатам приведет.

В наше время есть все возможности для того, чтобы узнать правду о вере, о Православии, о наших святых, читать Евангелие. Книга-то ведь не какая-нибудь второстепенная в истории человечества, в том числе в истории культуры  (если уж о настоящей культуре говорить, а не о пролеткультовской, теперь уже забытой). Там, в Евангелии, есть молитва, которая подходит любому светскому человеку: Верую, Господи! Помоги моему неверию (Мр. 9, 24). Бог милостив, Он не отвергает искренне стремящихся к Нему.

В православном интернете можно сейчас найти много полезной информации. Можно смотреть и слушать видеозаписи всех проповедей и интервью Святейшего Патриарха Кирилла на сайте www.patriarchia.ru – он говорит очень важное для каждого из нас, людей светских и духовных, очень просто и глубоко, опирается на высокое Богословие и на церковную и светскую историю, на науку и культуру, на знание самой современной народной и всей мiровой жизни, к которой он всё это наилучшим образом применяет.

Когда-то, в советское время, мы тоже жили без Бога, без Евангелия, без Церкви, без молитвы – всё это уже, как говорится, проходили. Поверьте, оглядываясь на прожитую жизнь, сравнивая и то, и другое, больше всего благодаришь Бога за дар веры. Высшее богатство, которое получено в этой жизни. Вот этого богатства, этого дара Свыше желает Патриарх, Церковь, верующие люди каждому человеку, ради этого все наши труды. Разумеется, никого невозможно заставить принять этот дар.

На самом деле безпокоиться-то не о чем. Ведь вовсе не значит, что те, кому от Бога дан дар веры, лучше, чем неверующие, или сомневающиеся, или сочувствующие (очень трудно тут произвести классификацию – один Бог знает душу каждого человека). У нас, верующих, в этом, бывает, никакой своей заслуги и нет. Более того, иной раз мы даже этому сопротивлялись. Но деваться некуда: что есть, то есть. Господь же сильнее. «Что ты гонишь Меня? – сказал Он апостолу Павлу, когда тот еще был Савлом, гонителем христиан. – Трудно тебе идти против рожна». И не то чтобы тот придумывал против христиан «кодексы», а даже участвовал в их убийстве. Это было две тысячи лет назад, и по сути с тех пор ничего не изменилось.

И сегодня мы не сами приходим к Богу, в Церковь – Господь приводит. Видя судьбы верующих людей, священно-церковнослужителей, мiрян, понимаешь, что просто так, «с улицы», сюда не придешь. У одного – в роду священники, у другого – староста, у третьего – певчая в церковном хоре. У кого-то дедушка за Христа в лагере посидел, а то и жизнью заплатил за веру. Сколько у нас таких помощников на Небесах – а иначе разве стал бы священником? Или даже крестился? Ведь нисколько же не собирался! Так бы и думал до сих пор, что «мне и так хорошо». Теперь-то об этом страшно подумать… А если таких помощников, может, и нет? Тогда особые свои усилия нужны…

Иногда спрашивают: а что вам дает вера? Что вам Бог сделал?

Вера избавляет от чувства безпомощности в любом положении, от отчаяния, от того, что ведет к самому страшному, что может случиться с человеком, – от самоубийства, как высшей степени чувства мнимой безвыходности.

Хорошо, если молодой, здоровый, успешный – на сегодняшний день. А если завтра, не дай Бог, найдут рак? У тебя самого, у близких? А если любимая жена вздумает уйти к другому? А если дети наркоманят? Бывает и такое, диавол не дремлет. Да мало ли какие скорби есть в жизни – мы с ними в Церкви постоянно имеем дело – те, с которыми ни сам, ни врачи, даже заграничные, ни могущественные друзья, ни счет в банке, никакой человек на земном шаре справиться не может. А верующие люди молятся, просят усердно, исповедуются, соборуются, причащаются – и врачи говорят, например, что онкологии больше нет. Это – жизнь, в СМИ об этом мало говорят. А жаль, была бы польза. Мы, священники, – не теоретики, мы не рассуждаем о религии, о клерикализме, мы делаем то, о чем нас люди просят, за что потом Бога благодарят, мы – практики. И жизнь говорит: у Бога нет неизлечимых болезней.

А если ДТП – на самой лучшей машине, даже застрахованной? Внезапно – занесло в гололед, пьяный встречный водитель попался, мало ли что бывает на дороге. Что делать?! Вот нет у тебя никаких человеческих возможностей что-либо исправить. Скажу Вам, может пригодиться, проверено жизнью. Не ждите ни секунды, не смотрите, что будет – когда будет, увидите – кричите в голос: «Пресвятая Богородица, спаси! Святителю отче Николае, помоги!» Проверено: помощь приходит.

А если не веришь? Все равно проси. Придет помощь – поверишь.

Космонавт А.А.Леонов, который первый в мiре выходил в открытый космос, обратно в космический корабль вернуться не мог – скафандр увеличился в размере, ему грозило навсегда остаться на орбите. И тогда он попросил: «Господи, если Ты есть, помоги!» И Господь помог. Об этом и других таких случаях рассказано в замечательном новом документальном фильме «Космос как послушание».

А в обратную сторону – от Бога – лучше не спешить. Лучше постараться разобраться с этим важнейшим вопросом. Самым главным вопросом в человеческой истории, в судьбе каждого из нас. И не только для этой жизни, но и для главной, будущей, которая всех нас ждет – и верующих, и неверующих. Загробная жизнь есть, это я вам по секрету могу сказать. Мы, священники, с этим имеем дело постоянно, это, как говорится, наша работа. Некрещеному, не покаявшемуся человеку, не причащающемуся Святых Христовых Таин, не отпетому в церкви там будет очень тяжко – мягко говоря. Причем, вечно. Стоит ли рисковать? Еще есть время. Помоги Вам и всем нам, Господи…

Когда-то, в начале 20-х годов, знаменитого московского Батюшку Алексия Мечёва вызвали на Лубянку и сказали:

– Ну вот, видите, мы вас всех пересажаем – и Церкви конец.

Старец сказал на это:

– Ну что вы, Церковь живет силой Божией. Вот хоть вас коснется Его благодать – и мы пойдем к Патриарху Тихону, будем ходатайствовать, чтобы он рукоположил вас в священника. И Церковь продолжится.

Тот следователь испугался: а вдруг и правда сейчас коснется, и карьере конец – и отпустил Батюшку.

Что с тем следователем происходит теперь там, мы не знаем. А святым мощам святого праведного Алексия Московского мы ныне поклоняемся в его маленьком храме на Маросейке, откуда его тогда вызывали.

Вот и сегодня любого человека, если Бог даст, если его коснется благодать и он уверует, покается, мы окрестим – и будет он тоже частью РПЦ. И в него будут попадать «отравленные стрелы».

Но если Бог за нас, то кто на нас?

Народ наш хорошо знает об этом. Это только так кажется, что его легко обмануть. Да, он у нас доверчивый. Но его Господь хранит. Вот чего – самого главного – не учитывают все безбожники. И потому все они потерпели в России поражение. Хотя начиналось у них всегда всё очень бодро.

Уж какие были испытания – и то Церковь выжила, и то вера не умерла в народе, она словно заснула и потом проснулась. Почему же теперь-то он от нее откажется?

Есть великая русская тайна, которая хранит ответ на вопрос, почему с нами никто ничего до сих пор не мог сделать и, главное, не сможет. Потому же, почему с Богочеловеком Иисусом Христом ничего не смогли сделать. Его, принявшего на Себя человеческую плоть, даже однажды убили на Кресте – кажется, всё, полная победа. А он воскрес и победил Крестом смерть, грех и диавола. И мы носим Его кресты, и с нами ничего невозможно сделать, как показал святой мученик воин Евгений Родионов.

Эта великая тайна говорит о том, что нас, православных, можно даже убить, но победить невозможно. Более того, нам от этого только будет великое благо, к тому же вечное. Это видно на примере наших новомучеников, которые подтвердили правду мучеников всех двух тысяч лет Христианства. Их сажали в тюрьмы, ссылали, убивали, над ними издевались, – а мы теперь им молимся, и они нам помогают.

И еще тайна эта говорит о том, что тем, кто идет против Бога и веры, не бывает от этого никакой пользы. Даже если кажется, что они берут верх в этой жизни, они на самом деле терпят поражение. И чем более «успешно» достигают своих целей, тем печальнее для них последствия их деятельности, к тому же вечные. Потому что Бог поругаем не бывает (Гал. 6, 7).

Великая русская тайна хранит секрет о том, что нет никого и ничего сильнее Бога, а мы Бога любим и от Него не откажемся, потому и Он не откажется и не отказывался от нас, даже если наказывал, ибо Господь кого любит, того наказывает (Евр. 12, 6).

Никого нет сильнее Его, хотя казалось (и кое-кому до сих пор кажется), что слабее Его никого нет. Что вообще добро – очень слабое, наивное и беззащитное. У него нет ни хитрости, ни власти, ни денег – ну просто никаких сил. То ли дело зло: все орудия при нем, оно ничем не связано, даже совесть ему не указ, она у него сожжена.

Глубокое заблуждение, надо сказать. Самое глубокое, какое есть на свете. И ведь как легко оно опровергается – самой жизнью! Если бы зло, такое хитрое и могучее, было сильнее слабого и доверчивого добра, то оно бы давно уже победило всё добро, какое есть на свете, и гуляло бы везде одно зло. Так ведь нет же! Сколько в мiре доброты, самоотверженности, безкорыстия, взаимопомощи, честности, чистоты, искренности, целомудрия, веры, любви!..

Это, прежде всего, потому, что в мiре живет и действует Христос. Это Он хранит нас, наставляет, вразумляет, прощает… Короче говоря, любит! Любовь Божия – главная сила в этом мiре, ничем не одолимая. И потому и в людях есть любовь. Любовь к Богу и к ближнему.

Великая русская тайна говорит о том, что мы непобедимы. Так что лучше тут никому не экспериментировать – уже и значительно меньшее количество экспериментов в науке считается достаточным для того, чтобы сделать окончательный вывод и прекратить эксперимент. Пора и с нами сделать окончательный исторический вывод.

Нас уже невозможно во второй раз обмануть, сказав, что якобы без Бога лучше, чем с Богом. Какой там лучше – без Бога, без Его всегда готовой всемогущей помощи в этой жизни, без надежды на Его милость в жизни будущей? «Какие вы счастливые, что вы верующие!» – повторял святой старец протоиерей Николай Гурьянов.

«Россия – на Голгофе», – говорил он. А за Голгофой следует Воскресение. И если даже мы умираем, то умираем с Ним, а потому с Ним и воскресаем.

С каждым из нас это было, когда мы только рождались в духовную жизнь в купели Крещения: погружаясь в ее воду, мы соединялись со Христом в Его смерти, умирали для греха, и восставали, уже соединенные с Ним, с Его воскресением, в жизнь вечную, святую.

Великая русская тайна состоит в том, что мы от Бога в глубине своей, в главной своей сути не отрекались и отречься не можем. Мы всегда любили Его, даже когда этого не сознавали, и всегда будем любить, потому что Он в нас, в нашей крови, в нашей истории. В наших храмах, архитектуре, в наших характерах. В наших песнях, пословицах, в музыке и литературе. В наших именах и отчествах, в названиях наших городов и улиц – пусть там и другие еще висят таблички.

Мы даже когда забывали о Нем, даже в падениях наших, как апостол Петр, всё равно оставались Его учениками. Уж очень долго – тысячу лет здесь, на нашей земле, последователи апостолов учили наших предков Его правде. И она сохранилась в глубине нашей памяти, мы жили ею – потому и выжили.

Потому-то Господь и назвал апостола Петром – камнем, на котором Он основал Свою Церковь. Камень этот – твердое знание о том, что мы, грешные  люди, не имеем силы для того, чтобы делать даже то, чего сами хотим. Камень этот – твердая вера в то, что для спасения нам необходим Спаситель.   

Отречься от Христа – это значит для нас отречься от самих себя. И не просто от себя – от своей безсмертной души. От всей нашей судьбы, от своих дедов и прадедов, от их подвигов и надежд, от их могил. От своей Родины, от своей земли, ибо всю ее


В рабском виде Царь Небесный
Исходил, благословляя.

И что бы с нами ни происходило, как бы мы ни были доверчивы, как бы мы ни падали – мы люди грешные, мы это хорошо знаем, мы, конечно, не больше апостола Петра, – мы всё равно преданы Ему больше всего в этом мiре прелюбодейном и грешном (Мр. 8, 38). И сколько бы Господь ни спрашивал нас, любим ли мы Его, мы, как и апостол Петр, будем каждый раз отвечать: «Господи, ты всё знаешь, Ты знаешь, что мы любим Тебя».

Да, Он всё про нас знает. Знает об этой любви, с которой никто, ни даже сам сатана, ничего не может поделать. Это – главная тайна нашей Церкви, живущей этой взаимной любовью – Господа Спасителя и нас, Им спасаемых в ней. Великая русская тайна, данная Им нам навечно.

25.09.2012 г.

Священник Николай Булгаков