Наш адрес

 140130, Московская обл., Раменский р-н, пос.Кратово, ул.Нижегородская, д.17

тел. (495) 556-10-43,

(925) 654-19-11

Схема проезда

 

Издательская деятельность

"Державные листки"

Полупериодическое издание в виде небольших брошюр, охватывающих животрепещущие вопросы современной жизни.

Подробнее...

Об обязанностях крестного отца

ДЕРЖАВНЫЕ ЛИСТКИ //  ЛИСТОК № 10

Русская Православная Церковь

Державный листок №10

Храм Державной иконы Божией Матери

Московская епархия. Раменское благочиние.

2002 год от Рождества Христова

Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешнаго.

(Молитва Иисусова)

 

ОБ ОБЯЗАННОСТЯХ КРЁСТНОГО ОТЦА

По принятому порядку, у нас все обязанности крестных отцов состоят в том, чтобы купить крест для новоро-жденного, расплатиться с причтом церковным, выпить шампанского за здоровье крестника, затем - раскланяться до неизвестного свидания, предоставив новорожденному восхищаться впоследствии тем, что вот, дескать, крестным отцом у меня был такой-то. Дело, как сам видишь, чрезвычайно легкое и самое пустое. А между тем не таково, мой друг, назначение и обязанности восприемника по смыслу и намерению Церкви православной.

Ты в самые важные для новорожденного минуты, в минуты духовного его возрождения, в таинстве крещения, сделался его духовным отцом - духовным, понимаешь? Ну, так и будь же им. Ты говорил за него, немого и безгласного - смотри же, чтобы и крестник твой не заговорил ко-гда-нибудь так, что ты пожелал бы ему лучше онеметь. Ты за него отрицался диавола и всех аггел его, и всей гордыни его, и всего служения его: гляди же, чтобы поручительство твое не постыдило тебя самого. Ты изъявил за него полную готовность сочетаться Хри-сту, исповедовал, вместо него, пред лицем неба и земли Символ веры православной, - бодрствуй же над твоим сыном духовным, чтобы он вместо Христа не сочетался с велиаром, вместо догматов веры не возлюбил суемудрия человеческого.

Крест Христов, который ты принес для твоего крестника и который из рук твоих взял и возложил на него иерей Божий, стал между тобою и твоим крестным сыном, - Боже сохрани, если кто-нибудь из вас уронит, опрокинет его! Есть ли что выше, священнее, даже страшнее тех обязан-ностей, какие возлагает на себя всякий отец крестный? Легко ли в самом деле достигнуть того, чтобы крестник твой так же чист и паче снега убелен по душе предстал и на Страшный суд, каким ты принял его из купели? Легко ли вести других по неровному и каменистому пути жизни, когда сам безпрестанно падаешь? А вести надо, потому что сам за то взялся. Ты - поручитель, стало быть, отвечаешь своим собственным до-стоянием в случае несостоятельности того, за кого ты поручился.

"Помилуй, - скажешь ты, - да это такие обязанности, каких едва ли возможно исполнить и самому отцу род-ному!"

Разумеется, невозможно; вот потому-то Церковь и дает тебя ему в помощь. Теперь у новокрещеного уже не один отец, а два, не одна мать, а две: один другому они и должны помогать в трудном воспитании ребенка. Да мало этого - ты, как восприемник, как отец духовный, по намере-нию Церкви, старше родителей плотских и обязан наблюдать даже за ними самими. Согласись, сколько у нас есть родителей, которые нимало не заботятся о религиозном и нравственном воспитании детей своих! Сколько отцов, которые надзор за детьми считают чуждым для себя делом! Сколько матерей, которые сдают своих малюток на руки нянек собственно для того, чтобы самим безпрепятственно пользоваться всеми удовольствиями света-выезжать в собрания, танцевать и давать балы и вечера. Вот тут-то и открывается поприще для деятельности богобоязненного и понимающего высокие свои обязанности восприемника или отца крестного. Вот тут-то и должен возвышать он голос, чтобы внушить отцу пренебрегаемый им долг учить и настав-лять своего малютку, чтоб удержать мать, скучающую детс-ким криком и проворно удаляющуюся в омут светских развлечений, где шуму и гаму в тысячу раз больше, где страсти и страстишки теребят грудь ее далеко назойливее и неотвязчивей, чем нежные ручки ее малютки.

"Что ты, Бог с тобой, - крикнешь ты на меня. - Да разве это можно?"

Не знаю, можно ли; но знаю, что должно. Ведь я не свое тебе говорю, а только то, что внушает и мне, и тебе, и пятому и десятому Церковь святая. Если ее требования неправы и неприложимы к жизни, то и мои речи таковы же.

"Так после этого, -скажешь ты, - никто и в крестные отцы не пойдет!"

Жаль и грустно, если так! Это значило бы показать, что между нами нет ни одного человека, который был бы настолько духовно состоятелен, чтобы отвечать за своего приемыша от купели. Сам ты знаешь, каково положение того общества, в котором нет деятельных производителей и людей достаточных, которое по этой причине не имеет никакого кредита у других обществ: такое общество - банкрот или, по крайней мере, недалеко от банкротства. А наше православное общество, именуемое Церковью, благодаря Бога, еще не дошло до такой жалкой степени религиозной и нравственной несостоятельности. Пусть каждый только разогреет свое сердце до самоотверженной любви Моисея и Павла; пусть хорошенько вникнет в до-стоинство того призвания, которое дает ему право быть земным ангелом-хранителем единого от малых сих; да пусть подумает и о том, что ожидает у небесного Мздовоздаятеля того, кто сотворит и научит, - тогда он с радостию станет в ряды пособников и споспешников Царствия Божия, тогда найдутся отцы крестные и будут действительно крестными, ибо вместе со своим сыном духовным понесут тяжкий крест жизни. Любви всеобъемлющей, всепроникающей любви в нас мало - вот в чем горе наше, беда наша великая!

А между тем, скажу тебе и то еще, что и для самого восприемника дело и делание его не останется без великой пользы. Чтобы дать урок, надо приготовиться к нему; чтобы вести кого-нибудь, надо самому идти: выводи же теперь из этого заключение. Положим, что ты глубоко сознал необ-ходимость религиозного воспитания для твоего духовного приемыша, а между тем и сам не больно искусен в этой науке: вот ты и начнешь сам проходить ее с азов, как подобает наставнику, имеющему дело с ребенком. В церковь ты не слишком учащаешь, а тут нет-нет да и пойдешь со своим питомцем. Ты охотник поболтать и пересказать соблаз-нительные пересуды, а тут положишь на уста свои палец молчания, потому что сынок или дочка твои крестные вертятся около тебя. Ты иногда не знаешь, куда время де-вать, - а тут ко крестнику пойдешь и проведешь с ним час-другой в детской благочестивой беседе. И ему приятно, и тебе полезно. Далее - припомни и то, что воспитание детей есть забота великая, тягота не малая; что истинные и добрые отец и мать ночей недосыпают, куска не доедают за думами и хлопотами о будущей судьбе своего дитяти; и ты призываешься Церковью и взятою на себя обязанностью в помощники к ним, берешь на себя часть их забот и попече-ний; что же ты исполняешь в этом случае, как не закон высокой христианской любви? Сказано: друг друга тяготы носите и тако исполните закон Христов; следовательно, в твоем восприемничестве дается тебе превосходный и при-том приятный способ исполнить то, что должно составлять постоянное стремление христианина, - исполнить закон Христов. Пойми-ка это хорошенько, и тогда твои обязан-ности как крестного отца предстанут пред тобою совсем в ином свете, и ты ухватишься за них, как за одно из средств ко твоему собственному спасению.

"Понятно,- пишешь ты, между прочим, - для чего он пригла-шает меня в крестные". Не нужно много сметки, чтобы понять это. Приглашатель твой, как ты сам говоришь, человек бедный, обремененный семейством, жаждущий твоей начальнической протекции и потому желающий покумиться с тобой. Ну, что ж, с его стороны это очень естественно. Он ищет в тебе покровителя и себе и детям своим и будущему крестнику твоему; он ласкает себя надеждою, что какова ни есть пора-мера, ты в случае смерти его или каких-либо несчастий заступишь малютке отца его родного. И благ ты, человек, если исполнишь робкие желания бедняка! Истинный ты брат и друг его, если возьмешь на себя часть тяжести того креста, который несет он один-одинешенек. Истинным отцом ты будешь крестника твоего, когда у страдальческого одра умирающего его родителя отрешь слезы малютки и скажешь ему: "Не плачь, дитя мое, я - твой отец!" Ну-ка, друг ты мой любезный, укажи мне положение благороднее, безкорыстнее, выше, святее этого! А ведь оно уступлено тебе за то, что ты воспринял малютку от купели крещения; а ведь этот плачу-щий ребенок, эта скорбящая, теряющая в муже своем единст-венную свою опору мать скорее утешатся от твоих слов, ибо они знают, что ты не чужой им, что ты говорил за крестника твоего, когда он был нем, действовал за него, когда он только лежал на руках твоих…

Что это, в самом деле, за премудрое, что за объединяющее расположение Церкви святой, учредившей восприемников и восприемниц! Как далеко раскидывает она этим нити любви и единения во Христе! Будь деятелями при таинстве крещения одни плотские родители, - обособление каждого семейства, замкнутость его в тесном кругу плотского родства неизбежны; а тут - новые связи на всю жизнь, на все непредвиденные случаи бытия человеческого...

Не знаю - решил ли я данный мне вопрос: идти ли тебе в восприемники теперь туда, к кому тебя приглашают; но я уверен, что если приведет тебя Бог пойти когда-нибудь, то ты пойдешь, уже не очертя голову, а подумавши хорошенько, и будешь для своего крестника истинным отцом.

Издания нашего храма

 

 

Книги и брошюры, изданные нашим храмом

Подробнее...

Всё ли равно, КАК ВЕРИТЬ?

ДЕРЖАВНЫЕ ЛИСТКИ //  ЛИСТОК № 9

 

Слово в неделю 7-ю по Пасхе, святых Отцев Первого Вселенского Собора

 

Сегодня, в воскресный день, святые Отцы установили праздновать память Первого Вселенского Собора. Евангелие, которое мы слышали сегодня, читается всегда, когда совершается память святых Отцов Вселенских соборов.

Что это такое за установление - Вселенский Собор? Это установление связано с истинной верой.

Очень часто в обыденной жизни слышны такие выражения: "Главное - веровать в Бога. А как веровать - это каждый по-своему". Это явление предсказал еще святитель Феофан Затворник: это безразличие к истине веры, эта самость, выросшая на гордыне, самомнении, своем я, породит то, что чем дальше, тем больше будет вот таких верований. И сначала появилось среди верующих разделение небольшое, потом - больше и больше, а под конец, как предсказал святитель Феофан, будет "что ни голова, то своя вера".

И вот то, что истины веры - это самое важное, самое главное, святые Отцы засвидетельствовали тем, что они собирались со всей Вселенной, со всех церквей, где проповедовано было Евангелие, и утверждали истины веры. То есть, как нужно веровать и как понимать существо Божие.

В сущности, эта истина, если здраво посмотреть на нее, должна быть понятна каждому, когда касается дело самого человека. Мы ведь всегда обижаемся и недовольны, когда о нас говорят неправду. "Это ложь, я же не такой!" И в обычной жизни это явление распространенное. Существуют личности исторические, как говорят, известные лица, или какие-то правители, или деятели, представители науки, искусства или военначальники. И вот о них пишутся книги, издаются мемуары, в которых одни говорят, что они были такие, другие - что они были другие. Каждому хочется знать историческую истину, что же это на самом деле был за человек, что он из себя представлял, что это была за личность. Эти вопросы в истории, в литературе, везде постоянно присутствуют, и их стараются разрешить. Понять, каким же был, допустим, Иван Грозный или император Павел I. Было время, одного представляли только палачом, другого - ненормальным каким-то, чуть ли не недоразвитым. Ну, а уж как представляли наших последних царей, мы знаем.

Но проходят годы, и выясняется, что многие из них были святые, и то, что писали о них раньше, - ложь. Одним словом, нам хочется знать истину о каждом человеке. И о себе самих, мы считаем, должно быть мнение правильное. Хотя, что касается нас, то это вопрос сложный, потому что нам хочется, чтобы о нас говорили хорошо. Мы, правда, не всегда бываем такими, к несчастью, но хочется выглядеть хорошими. И тут можно сказать: да, нам хочется, чтоб о нас была правда, но так, как нам хочется.

Эта неистинность в нас происходит от того, что, как сказал пророк Давид, всяк человек ложь (Пс.115:2). Мы - грешные, и нам не хочется, чтобы о наших грехах знали. Чтобы говорили о нас, какие мы есть. Больше того, даже на исповеди трудно сказать самому, какой ты есть. Тут и лукавство крутится, и самооправдание. Поэтому человек, когда он говорит о себе, то он, как говорят, "далеко не объективен". У нас есть такое выражение: "объективное мнение". "Объективного мнения" у людей грешных быть не может. Оно всегда субъективно, потому что они смотрят "со своей колокольни". И сказать даже о себе истину, в общем-то, никто не может, потому что, большей частью, он сам неистинен. Не знает самого себя.

Не в смысле обличения, а в качестве примера возьмем Евангельский пример, как говорят, классический. Апостол Петр. Ревностный был, и, действительно, любил Спасителя. И сказал: Аще и вси соблазнятся о Тебе, аз никогдаже соблажнюся. А Господь сказал: Аминь глаголю тебе, яко в сию нощь, прежде даже алектор не возгласит, три краты отвержешися Мене (Мф. 26:33-34). И все это произошло. Так как сказать: Петр был прав или не прав? И прав, и не прав. Прав, потому что он действительно высказал то, чего искренне хотел. Как потом эту верность он и засвидетельствовал своей мученической смертью. А неправ был потому, что не мог сам, как человек, оценить свои силы и меру вражьего нападения. Поэтому так и случилось - то, что произошло с ним.

Так вот, когда вопрос касается земной жизни людей, то он важен. Потому что мы, действительно, по крайней мере, стараемся приблизиться к тому, что есть.

Вопрос же, касающийся Бога, в высшей степени важен.

Поэтому истинная вера как раз и является самым главным, к чему человек должен стремиться. Сам Господь сказал: Се же есть живот вечный, да знают Тебе единого истинного Бога, и егоже послал еси, Иисус Христа (Ин. 17:3). Единого истиннного Бога. И поэтому те слова, которые мы слышим: Бог един, и поэтому все веры, мол, имеют равное право, - противоречат истене. Нет. Этого не может быть. Единственное высшее право имеет только истинная вера. Поэтому именно истинная вера должна быть в основе и понимания Божества, и понимания жизни.

Откуда же множество этих верований? А очень просто. Они возникают, когда люди стремятся не к истинной вере, а к своему я, к утверждению своего понимания. То есть, к тому, о чем сказал святитель Феофан: "что ни голова, то своя вера". "Я понимаю Бога вот так - и всё".

Более того, даже Евангелие, то есть то, что записано, слова Спасителя, и то люди толкуют по-своему. Откуда и множество конфессий. Но истинная вера остается все равно, она должна быть на первом месте. И поэтому Вселенские Соборы собирались и излагали эти основы истинной веры. И истина эта принималась не большинством, как иногда говорят, а всеми без исключения, то есть полнотой всех присутствующих. Если кто-то не был с этим согласен, считал по-иному, то он не входил в число тех святителей, которые подписывались под деяниями этого Собора и уже был вне истинной Церкви. Только полное единодушие, полнота принятия - и тогда, считалось, что человек является членом Церкви и исповедует истинную веру.

В сегодняшнем Евангелии Господь сказал: Да будут едино, якоже и Мы (Ин. 17:11). То есть, при полном единении только и принималась истинная вера. Здесь в основе лежит прежде всего свидетельство от Бога. Потому что люди принимали догматы веры на основании Священного Писания и на основе свидетельств свыше от благодати Святаго Духа. Благодать свидетельствовала, что она присутствует и утверждает тот догмат, который был на этом Вселенском Соборе принят. В частности, когда на Первом Вселенском Соборе принимался догмат о единосущии Иисуса Христа, Сына Божия, с Отцом, тогда спросили: "Ну как это понять?". Все, что касается Божества, до конца непостижимо. В какой-то мере в соответствующем духовном возвышенном состоянии святые Отцы могли Его постигать, но в полноте Бог не- постижим. Поэтому догматы веры утверждаются Духом Святым и святыми Отцами, в которых тоже Дух Святый действует.

Решения Вселенских Соборов начинались так: Изволися Духу Святому и нам. И далее шло изложение деяний Вселенского Собора. И это соизволение Духа Святаго на Первом Вселенском Соборе засвидетельствовал простец, святитель Спиридон Тримифунтский. Когда его спросили, как это может быть: Иисус Христос - Богочеловек, единосущный Отцу? - он взял плинфу, то есть кирпич, и сжал ее. И из нее потекла вода и вспыхнул огонь одновременно. Хотя вода и огонь в жизни несовместимы. Водой гасят огонь. То есть, это свидетельство чудесное. На последующих Вселенских Соборах, где был принят догмат о ипостаси Сына Божия, Иисуса Христа, записано: "Божество и Человечество соединено во Иисусе Христе неслитно, неизменно, неразлучно и нераздельно". То есть, оно остается Божеством-Человечеством, не изменяясь. И не слилось, не смешалось. Но - неразделимо, неразлучно. И об этом догмате святитель Иоанн Златоуст говорит: "Что это так, я верую. Но как это, постигнуть не могу".

Да и что говорить. Если взять человеческий разум, то даже в самом творении, не говоря уже о Творце, есть вопросы, на которые человек не может ответить. Если мы мысленно представим себе, из чего сами состоим, то каждый мельчайший элемент нашего видимого существа из чего-то состоит, а тот, в свою очередь, - тоже из чего- то. И это - безконечное дробление. Что же первоосновой является, какая-то частичка? А она тогда из чего состоит? Углубляясь дальше и дальше в микромiр, мы все равно не можем постигнуть, из чего все состоит. Поля, говорят, а что такое поля? Если мы углубляемся мысленно в пространство, все дальше, дальше и дальше - а там что? А за тем, что мы достигаем, что дальше? Где конец в пространстве?

Если и в видимом мiре мы не можем некоторые вещи постигнуть, даже просто представить их себе, то что мы можем говорить о существе Бога? Невидим, непостижим. И вот на праздник Святой Троицы, в коленопреклонных молитвах Святой Троице говорится: Невидиме, Непостижиме, Неизследованне, Неизменне-называются все эти свойства Божества. Поэтому засвидетельствовать истину может только Сам Господь и тот, кому Господь откроет.

Поэтому свидетельства Вселенских Соборов, как я уже сказал, так и записывались: Изволися Духу Святому и нам. Господь свидетельствовал, свидетельствовали и рабы Божии, которые все это от Духа Святаго восприняли и изрекли. Так что истины веры и истинная вера очень важны. Небрежное отношение к этому вопросу - просто недостаток ума и рассуждения. Ибо когда дело касается каких-нибудь обыденных вещей, то мы как-то рассуждаем, а когда доходит до Бога - куда-то весь ум девался.

Или, взять например, людей, которые говорят: "Идите к нам". И к ним идут, потому что там все просто, никаких усилий. Когда же приходят в храмы православные, в храмы истинного Бога, то все благолепие храма, вся его красота, архитектура, изображения, иконы - все это свидетельствует именно истинную веру. Потому что Господь сотворил мiр прекрасным, эта вся красота и отражается в доме Божием, храме Божием. И когда говорят, что "это все не важно, не нужно, а главное - в душе", то это - отвержение сущности Божества, потому что Бог все сотворил не только премудро, но и прекрасно, добро зело. Тут не только целесообразность, но и красота.

Извините, и в обычной жизни, когда мы общаемся, особенно когда дело идет о симпатиях, я уж не говорю о семейной жизни, нам мало, чтобы были голова, руки и ноги. Голова должна быть соответствующего вида. То есть, оказывается, понятие красоты нам не чуждо, когда этот вопрос касается или нас самих, или тех, на кого мы обращаем внимание. И неважно, что у него просто есть и туловище, и руки, и ноги, - мы смотрим, как они выглядят. Более того, искусство только тем и занимается, чтобы все это изобразить и показать. И вокруг этого столько всего крутится. Неважно, что все устроено целесообразно: пять пальцев есть, и нос, и уши. Какой нос? Оказывается, это совсем не все равно. Так что не надо лгать. Не надо обманывать себя и других и говорить: "А, не все ли равно!" Оказывается, далеко не все равно. Когда, например, приходит время поста, можно услышать: "Не все ли равно, что есть?" Ну, раз все равно, ну что ж ты тогда волнуешься? Ешь, что попало. Оказывается, не все равно.

Не лги, когда ты задаешь этот вопрос. Не лги, когда ты говоришь: "Не все ли равно, как веровать?" Тебе далеко не все равно, как ты выглядишь и какого люди о тебе мнения. Почему ты думаешь, что о Боге можно что попало говорить и как попало к Нему относиться? Нет, совсем не так.

Все это как раз - свидетельства истины. Если так здесь, то так и во всем. А то, когда касается вопрос церкви, то: "Зачем это все делать, украшать?" Когда же касается своего жилища, то мы смотрим, какие обои, какой оттенок и там что-то еще. А уж одежда-то? Пожалуй, одинаковой одежды почти уже и не найдешь, всё каждый что-то особенное хочет. А когда касается веры -тут все равно, как попало можно. Зачем же, когда вопрос касается самого человека, мы так внимательны ко всем этим вещам, а когда касается Божества - то там как попало?

Нет. Истинная вера -- это самое главное. Как сказал один из наших мыслителей, И.В. Киреевский, "человек - это его вера".

Если мы веруем в Бога, если говорим, что Бог есть любовь, то прежде всего должны исповедовать Святую Троицу. Потому что любовь всегда проявляется в чем-то, в каком-то делании. Любовь - это согласие и полное единение всех Лиц Святой Троицы. Вы знаете классический наш образ рублевской Троицы. Если созерцать этот образ, то мы увидим, что все Лица Святой Троицы находятся в полном согласии и единении. И Каждый прислушивается к Другому, и Каждый внимает, и Каждый проявляет это согласие даже Своим видом.

Так вот, это единение - как раз первообраз того, к чему должны стремиться все творения. И всевозможные учения о борьбе видов - это все следствия грехопадения человеческого, в начале не было так. Если все было добро зело, то все было и полезно, и все - во славу Божию. Когда же человек, нарушив заповедь Божию, согрешил, то Господь сказал: Терния и волчцы возрастит тебе земля (Быт. 3:18). Вот когда началось противление. Как воспротивился человек Богу, так же и вся природа стала противиться - и между собой, и человеку. Первый человек нарушил заповедь, - кстати, эта первая заповедь была - заповедь поста. Всё ешь, а вот с этого дерева - не ешь. Это был самый легкий пост. Только от одного дерева среди рая не вкушать. Человек нарушил эту заповедь, и теперь чем дальше, тем больше убеждается, что в конце, наверное, существования человечества каждому индивидуально, по тому самому измышлению, вкушать можно будет только от одного дерева, а от всех других - нельзя. От этого - аллергия, от того - диатез, от этого - еще что-то. И пришли к тому, что, нарушив сначала одну заповедь, потом стали пожинать последствия этого со всех сторон. Именно это и является в нашей православной вере воспитательным моментом, возвращающим нас к первоначальному состоянию, - послушание, исполнение заповедей, воздержание. Сей род ничимже может изыти, токмо молитвою и постом (Мф. 9:29). То есть, молитва, пост, воздержание являются как раз теми средствами, которые нас возвращают в первозданное состояние.

И святые Отцы на Вселенских Соборах как раз и были такими подвижниками, которые возвращались, насколько это возможно, каждый - к первозданному состоянию, и Господь открывал им безвестная тайная премурости Своея (Пс.50:8). И они эти премудрости изрекали на Вселенских Соборах. Мы по вере воспринимаем то, что Господь им открыл, и этому веруем и исповедуем в Символе веры. Поэтому Символ веры есть необходимое условие истинной веры - должно быть ясно изложено, во что человек верует. И это очень важно. Поэтому, когда говорят: не все ли равно? - нет, не все равно.

Да, когда принимаешь эту истину, то приходится и что-то делать, трудиться над собою. Вот от этого люди и убегают, не хочется трудиться. И поэтому совсем не возвышенные мотивы у этого множества верований, а довольно примитивные. Там - не нужно поститься, там - не нужно стоять, а можно сидеть - опять удобно, там еще чего-то делать не нужно. Одним словом, чем больше "не нужно" и чем больше "можно", тем скорее люди и принимают эти верования, изобретаемые падшими духами. Поэтому сказано: Царствие небесное нудится и нуждницы восхищают е (Мф. 11:12), то есть нужен труд. В нашей православной вере этот труд всегда присутствовал, и прежде всего труд над своей душой, потому здесь и является самый главный подвиг.

Будем стараться трудиться над своей душой. Будем стараться хранить чистоту веры православной и не уклоняться ни в какие еретические соблазны. Все, что не в православной Церкви, для нас должно быть чуждо. Да, где-то есть что-то, что приближается к этому или стремится, но вся полнота веры - наша православная.

А когда говорят: "Главное - то, а это - не главное"… Да, главное, пожалуй, - голова и туловище. Ну, руки - не главное, без руки, даже без двух, люди живут. Без ног люди тоже живут. И без пальца бывает, живут. Но добровольно, по-моему, никто не хочет, чтобы у него отрезали руки и ноги. Поэтому самим отказываться: то не нужно, это не нужно - нет, я думаю, нормальный человек этого не будет делать.

И когда говорят: "И так люди живут, и так" - да, живут. Но нет полноты жизни. А полнота жизни - в принятии полноты православной веры. Православная вера дает полноту жизни, а все остальные - они себя этого лишают. Пост, строгость воздержания. Сам себя никогда не заставишь, а с помощью Божией и все вместе можем попоститься. На самом деле, если не постился, то если разговляться - какая радость? А у нас эта радость есть, общая радость, и тогда уж, действительно, праздник. Когда постоишь в церкви, да придешь -оценишь, что и сесть-то можно. А уж лечь - и подавно хорошо. И уже начинаешь все ценить. Я уже не говорю о многих других радостях.

Поэтому будем благодарить Бога, что Господь святыми Отцами открыл, установил и дал нам полноту истинной веры. И будем стремиться к этой полноте, а что не сможем, ну - грешны, прости Господи. А тем, кто этого не имеет, - помоги им Господи и исцели. Аминь.

27 мая 2001 г. Протоиерей Валериан Кречетов.

CD-диски

CD-диски с проповедями настоятеля храма свящ.Николая Булгакова

Подробнее...